References

gtcrust

Геодинамика и тектонофизика

Geodynamics & Tectonophysics

2078-502X

Institute of the Earth's crust of the Russian Academy of Sciences, Siberian Branch

10.5800/GT-2015-6-4-0190

gtcrust-195

Research Article

Статьи

БАЙКАЛЬСКИЙ РИФТ: ПЛИОЦЕН (МИОЦЕН) – ЧЕТВЕРТИЧНЫЙ ЭПИЗОД ИЛИ ПРОДУКТ ДЛИТЕЛЬНОГО РАЗВИТИЯ С ПОЗДНЕГО МЕЛА ПОД ВОЗДЕЙСТВИЕМ РАЗЛИЧНЫХ ТЕКТОНИЧЕСКИХ ФАКТОРОВ. ОБЗОР ПРЕДСТАВЛЕНИЙ

THE BAIKAL RIFT: PLIOCENE (MIOCENE) – QUATERNARY EPISODE OR PRODUCT OF EXTENDED DEVELOPMENT SINCE THE LATE CRETACEOUS UNDER VARIOUS TECTONIC FACTORS. A REVIEW

Мац

В. Д.

Mats

V. D.

докт. геол.-мин. наук, профессор Последнее место работы: Лимнологический институт СО РАН

Doctor of Geology and Mineralogy, Professor Retired from the Institute of Limnology, Siberian Branch of RAS

matsvic@bezeqint.net

20101, Кармиель, ул. Шаар Хагай, 13/10, ИзраильРоссия20101 13/10 Shaar Hagai, Karmiel, IsraelRussian Federation

2015

18122015

64467490

2015

Мац В.Д.

Mats V.D.

Данная работа распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0.

This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.

https://www.gt-crust.ru/jour/article/view/195

Рассмотрены представления о возрасте Байкальского рифта (БР) и модели его развития. В литературе обсуждаются три варианта возраста БР – он формируется с позднего плиоцена (5 млн лет), с миоцена или олигоцена (30 млн лет), с позднего мела (60–70 млн лет). Его развитие продолжается в современную эпоху. Утверждения о молодом – плиоцен‐четвертичном – возрасте БР изложены в работах [Artyushkov, 1993; Nikolaev et al., 1985; Buslov, 2012; и др.]. Е.В. Артюшков считал, что в доплиоценовой Байкальской структуре отсутствуют элементы, свидетельствующие о напряжениях растяжения, и она не рифт, а грабен. Однако структуры растяжения (наклонные блоки, листрические разломы) широко распространены в Байкальской впадине (БВ) по всему ее разрезу [Lamakin, 1968; Ufimtsev, 1993; Zonenshain et al., 1995; Mats, 1993, 2012; Mats et al., 2001], и, таким образом, аргументация Е.В. Артюшкова оказалась несостоятельной. Оживил взгляды о молодом БР М.М. Буслов [Buslov, 2012], который, ссылаясь на исследования в Центральной Азии, считает рифтовой только плиоцен‐четвертичную структуру БВ. Древнейшие кайнозойские структуры (верхний мел – миоцен) являются, по М.М. Буслову, фрагментами крупного кайнозойского Предбайкальского предгорного прогиба (ППП) и не имеют отношения к рифту. Однако литолого‐формационный состав, мощность отложений и характер тектонических структур одновозрастных кайнозойских образований Предбайкальского прогиба и Байкальской впадины не имеют ничего общего. На разделяющих их пространствах отсутствуют какие‐либо отложения и структуры, которые позволили бы соединять в одну структурно‐формационную область БР и ППП. Все попытки соединить их в единое образование ничем не обоснованы, и утверждения о плиоцен-четвертичном возрасте БР должны быть отвергнуты как противоречащие новейшим геолого‐геофизическим данным и не учитывающие то, что сейсмическим профилированием в БВ установлена синрифтовая осадочная толща мощностью более 7.5 км. Этому также противоречит установленный бурением возраст в 8.4 млн лет 600‐метровой части разреза осадочной толщи Байкала [Horiuchi et al., 2004], тогда как по построениям М.М. Буслова на формирование всей синрифтовой толщи Байкала требуется всего лишь около 5 млн лет. Наиболее распространено мнение о миоценовом (олигоцен‐миоценовом) возрасте БР [Bazarov, 1986; Rasskazov et al., 2014; Mashchuk, Akulov, 2012; Hutchinson et al., 1993; Zonenshain et al., 1995; Kaz’min et al., 1995; и мн. др.]. Оно основано на признании танхойской свиты (миоцен или олигоцен‐миоцен) в качестве начинающей байкальский синрифтовый разрез, так как она залегает непосредственно на кристаллическом фундаменте рифта, а также на корреляции нижнего сейсмостратиграфического комплекса (ССК‐1) с танхойской свитой [Hutchinson et al., 1993; Zonenshain et al., 1995]. Но эти утверждения не учитывают основную закономерность строения разреза развивающегося рифта. Она заключается в том, что наиболее древние элементы синрифтового разреза скрыты в глубинной части рифта, а на дневной поверхности фундамент перекрывают более молодые элементы разреза (эффект несогласия растяжения [Khain, Mikhailov, 1985]). Корреляция ССК‐1 с танхойской свитой ошибочна – на представительном сейсмическом профиле видно (рис. 5), как ССК‐1, не доходя до дневной поверхности, выпадает из разреза, прислоняясь к подымающемуся склону фундамента, и с танхойской свитой коррелирует ССК‐2. Корреляции ССК‐1 с танхойской свитой противоречат также данные структурных исследований [San’kov et al., 1997; Delvaux et al., 1997]. ССК‐1 формировался до проникновения в Байкальский регион влияния Индо‐Евроазиатского столкновения, под воздействием чистого раздвига при ориентировке растягивающих напряжений с СЗ на ЮВ вкрест простирания рифта по азимуту ЮВ 145–150 [Zonenshain et al., 1995]. Ко времени формирования ССК‐2 вектор напряжений развернулся против часовой стрелки в направлении СВ‐ЮЗ под острым углом субпараллельно к простиранию рифта. Изменилась структура Байкальского рифта – одностороннюю впадину сменил двухсторонний грабен, простирающийся к ЮЗ‐СВ, выполненный ССК‐2 и ограниченный листрическими сбросами [Zonenshain et al., 1995]. Структурными исследованиями на суше, окружающей Байкал, установлено, что в танхойское время рифт развивался в обстановке транспрессии и транстензии, под воздействием напряжений, ориентированных субпараллельно простиранию рифта и связанных с Индо‐Евроазиатской коллизией [San’kov et al., 1997; Delvaux et al., 1997; Parfeevets, San'kov, 2006]. Таким образом, с танхойской свитой, по данным структурных исследований, коррелируется не ССК‐1, а ССК‐2, возраст танхойской свиты не является показателем возраста БР, и представление о его миоценовом (олигоцен‐миоценовом) возрасте должно быть отвергнуто. Наиболее полно имеющимся геолого‐геофизическим данным соответствует вывод о позднемеловом-палеогеновом возрасте БР [Logachev, 1974, 2003; Mats, 1987, 1993, 2012; Mats et al., 2001; Mats, Perepelova, 2011]. Это утверждение базируется на обнаружении в керне глубоких скважин, пробуренных в дельте р. Селенги (Южнобайкальская впадина), палеогеновых (эоцен) палиноспектров [Faizulina, Kozlova, 1966]. Кроме того, на хамар‐дабанском побережье Южного Байкала (р. Половинка) обнаружены палеоцен‐эоценовые дотанхойские отложения [Mats, 2013]. Отложения формации коры выветривания БВ коррелируются [Mats, 2013] с палеонтологически датированными палеогеновыми отложениями Предбайкальского прогиба [Pavlov et al., 1976; Popova, 1981]. Древний возраст БВ подтвержден также в работах [Nikolaev, 1998; Galazii et al., 1999; Kontorovich et al., 2007; Jolivet et al., 2009]. Обзор обсуждаемых представлений о возрасте БР приводит к заключению о необходимости исключить из рассмотрения заявления о его плиоцен‐четвертичном и олигоцен‐миоценовом («танхойском») возрасте как не отвечающие современным геолого‐геофизическим данным. Удлинение возраста БР до 60–70 млн лет и его комплексное изучение позволили сформулировать новый взгляд на Байкальский рифтогенез и предложить вместо известной двухэтапной модели его формирования [Logachev, 2003] трехэтапную (рис. 6), а также дополнить пассивную и активную модели рифтогенеза третьей – импактогенной [Mats, 2012; Mats, Perepelova, 2011]. На первом этапе – поздний мел – ранний олигоцен (70–30 млн лет) – БР формировался в условиях общего рассеянного растяжения литосферы в виде щелевого (по Е.Е. Милановскому) рифта, по пассивной модели, на фоне исходного пенеплена и до проникновения в Байкальский регион напряжений, продуцируемых Индо‐Евроазиатским столкновением. Структура рифта была образована в виде односторонней впадины, ограниченной с северо‐запада зоной листрических сбросов и выполненной сейсмически прозрачным сейсмострати-графическим комплексом – ССК‐1. На втором этапе – поздний олигоцен – ранний плиоцен (30–5 млн лет) – БР развивался под воздействием напряжений, продуцируемых Индо‐Евроазиатским столкновением. Был образован двухсторонний грабен, выполненный слоистым деформированным ССК‐2. На третьем этапе – поздний плиоцен – квартер (5 млн лет тому назад – современность) – рифт развивался под воздействием местных глубинных источников напряжений, по активной модели [Logachev, Zorin, 1987; Zorin et al., 2003]. Вновь сформировался односторонний грабен, ограниченный с северо‐запада листрическими разломами, выполненный слоистым недеформированным комплексом (ССК‐3).

The article reviews three typical concepts concerning the age of the Baikal rift (BR) which development is still underway: 5 Ma (the BR development start in the Late Pliocene), 30 Ma (Miocene or Oligocene), and 60–70 Ma (the Late Cretaceous). Under the concept of the young BR age (Pliocene–Quaternary) [Artyushkov, 1993; Nikolaev et al., 1985; Buslov, 2012], according to E.V. Artyushkov, BR is not a rift, but a graben due to the fact that the pre‐Pliocene structure of BR does not contain any elements that would be indicative of tensile stresses. However, field studies reported in [Lamakin, 1968; Ufimtsev, 1993; Zonenshain et al., 1995; Mats, 1993, 2012; Mats et al., 2001] have revealed that extension structures, such as tilted blocks and listric faults, are abundant in the Baikal basin (BB), and thus do not supportE.V. Artyushkov’s argumentation. The opinion that BR is young is shared by M.M. Buslov [2012]; he refers to studies of Central Asia and states that only the Pliocene‐Quaternary structure of BB is a rift, while the oldest Cenozoic structures (Upper Cretaceous – Miocene) are just fragments of the large Cenozoic Predbaikalsky submontane trough (PBT) which are not related to the rift. However, the coeval Cenozoic lithological compositions, thicknesses of sediment layers and types of tectonic structures in PBT and BB have nothing in common. Across the area separating PBT and BB, there are no sediments or structures to justify a concept that BR and PBT may be viewed as composing a single region with uniform structures and formations. The idea of the Pliocene‐Quaternary age of BR should be rejected as it contradicts with the latest geological and geophysical data. Seismic profiling in BB has revealed the syn‐rift sedimentary bed which thickness exceeds 7.5 km. Results of drilling through the 600‐metre sedimentary sequence of Lake Baikal suggest the age of 8.4 Ma [Horiuchi et al., 2004], but M.M. Buslov believes that it took only about 5 Ma to form the entire syn‐rift sequence ofLake Baikal. In [Bazarov, 1986; Rasskazov et al., 2014; Mashchuk, Akulov, 2012; Hutchinson et al., 1993; Zonenshain et al., 1995; Kaz’min et al., 1995], the BR age is determined as the Miocene (Oligocene‐Miocene) according to the age of the Tankhoisuite (Miocene or Oligocene‐Miocene) and the correlation between the lower seismostratigraphic complex (SSC‐1) and the Tankhoi suite [Hutchinson et al., 1993; Zonenshain et al., 1995]. The Tankhoi suite lies directly on the crystalline basement of the rift and is believed to mark the start of the Baikal syn‐rift profile. However, this concept does not take into account the main specific feature of the profile, i.e. a developing rift. As shown in Fig. 6, the most ancient elements in the syn‐rift profile are inside the deep part of the rift. At the day surface, the basement is overlaid by the younger elements of the sedimentary wedge due to the ‘expansion non‐conformity effect’ (as termed in [Khain, Mikhailov, 1985]). In our opinion, it is incorrect to correlate SSC‐1 and the Tankhoi suires – the representative seismic profile (Fig. 5) shows that SSC‐1 falls out of the profile before reaching the day surface and leans against the rising slope of the basement, while SSC‐2 correlates with the Tankhoi suite. Besides, correlating SSC‐1 with the Tankhoi suite is contradicting to the data of structural studies reported in [San’kov et al., 1997; Delvaux et al., 1997]. SSC‐1 originated before the time when the Lake Baikal region was impacted by the Indo‐Eurasian collision and formed under the influence of pure expansion when tensile stresses were oriented from NW to SE across the strike of the rift along the SE 145–150° azimuth [Zonenshain et al., 1995]. By the time of the SSC‐2 formation, the stress vector turned counterclockwise towards the NE‐SW direction at an acute angle to the rift strike. The Baikal rift structure was changed as the single‐sided basin was replaced by the SW‐NE stretching dual‐sided graben; it included SSC‐2 and was bordered by listric faults [Zonenshain et al., 1995]. Results of the structural studies conducted on the Lake Baikal shores [San’kov et al., 1997; Delvaux et al., 1997; Parfeevets, San’kov, 2006] suggest that during the Tankhoi period, the rift developed in conditions of transpression and transtension under the influence of stresses oriented subparallel to the strike of the rift and related to the Indo‐ Eurasian collision. This means that SSC‐2 (but not SSC‐1) correlates with the Tankhoi suite, and the age of the Tankhoi suite is not indicative of the BR age, and the concept of the Miocene (Oligocene‐Miocene) age of BR is thus discarded. The concept of the Late Cretaceous‐Paleogenic age of BR [Logachev, 1974, 2003; Mats, 1987, 1993, 2012; Mats et al., 2001; Mats, Perepelova, 2011] is most fully supported by the available geological and geophysical data. This age is evidenced by the Paleogenic (Eocene) palinspectra detected in core samples from deep wells drilled in the Selenga river delta, Southern Baikal basin [Faizulina, Kozlova, 1966]. Besides, the Paleocene‐Eocene pre‐Tankhoi sediments are discovered at the Khamar‐Daban shore of the Southern Baikal basin (the Polovinka river valley) [Mats, 2013]. The sediments of the BB weathering crust [Mats, 2013] correlate with the paleontologically dated Paleogenic sediments of PBT [Pavlov et al., 1976; Popova, 1981]. The BR ancient age is also confirmed by studies reported in [Nikolaev, 1989; Galazii et al., 1999; Kontorovich et al., 2007; Jolivet et al., 2009]. Our review of the BR age concepts gives grounds to conclude that the Pliocene‐Quaternary and Oligocene‐Miocene (“Tankhoi”) ages of BR should be discarded as not supported by the geological and geophysical data collected in the recent studies. Based on the comprehensive studies of the Baikal rift and taking into account an extension of the BR evolution by 60 to 70 Ma, we propose a new concept of the BR development and introduce a three‐stage model (Fig. 7) (as a replacement of the well‐known two‐stage model [Logachev, 2003]) and an impactogenic model as a supplement to the passive and active rifting models [Mats, 2012; Mats, Perepelova, 2011]. In our model, the first stage of the BR development is the Late Cretaceous‐Early Oligocene (70–30 Ma): in conditions of the general extension of the lithosphere, BR forms as a slot‐type (the term proposed by E.E. Milanovsky) rift and develops, as shown by the passive rifting model, at the background of the original peneplain until the time when the Baikal region is impacted by stresses resulting from the Indo‐Eurasian collision; the rift structure is a single‐sided basin that comprises the seismically transparent seismostratigraphic complex (SSC‐1); it is bordered at NW by the zone of listric faults. The second stage is the Late Oligocene‐Early Pliocene (30–5 Ma): BR develops under the impact of stresses resulting from the Indo‐Eurasian collision; the dual‐sided graben is formed; it comprises SSC‐2 that is stratified and deformed. The third stage is the Late Pliocene – Quarter (5 Ma till present): BR develops under the impact of stresses generated by local deep sources, as shown by the active rifting model [Logachev, Zorin, 1987; Zorin et al., 2003]; another single‐sided graben is formed; it is bordered by listric faults from the NW and comprises SSC‐3 that is stratified but not deformed.

Байкальский рифтвозрастпоздний мел – современностьтрехэтапная модель формированияактивнаяпассивная и импактогенная модели рифтогенеза

Baikal riftageLate Cretaceous – presentthree‐stage formation modelactivepassive and impaсt‐genic rifting models

References1

Artyushkov E.V., 1993. Physical Tectonics. Nauka, Moscow, 456 p. (in Russian) [Артюшков Е.В. Физическая тектоника. М.: Наука, 1993. 456 с.].

Balla Z., Kuzmin M.I., Levi K.G., 1990. Kinematics of the Baikal opening. Geotektonika (Geotectonics) (2), 80–91 (in Russian) [Балла З., Кузьмин М.И., Леви К.Г. Кинематика раскрытия Байкала // Геотектоника. 1990. № 2. С. 80–91].

Bazarov D.-D.B., 1986. Cenozoic of Baikal Region and Western Transbaikalia. Nauka, Novosibirsk, 181 p. (in Russian) [Базаров Д.-Д.Б. Кайнозой Прибайкалья и Западного Забайкалья. Новосибирск: Наука, 1986. 181 с.].

Belova V.A., 1985. Vegetation and Climate of the Late Cenozoic of the south of Eastern Siberia. Nauka, Novosibirsk, 160 p. (in Russian) [Белова В.А. Растительность и климат позднего кайнозоя юга Восточной Сибири. Новосибирск: Наука, 1985. 160 с.].

Bogdanov Yu.F., Zonenshain L.P., 1991. Outcrops of the Miocene sediments at the bottom of Lake Baikal and timing of normal faulting (based on observations from ‘Pisces’ submersibles). Doklady AN SSSR 320 (4), 931–933 (in Russian) [Богданов Ю.Ф., Зоненшайн Л.П. Обнажения миоценовых осадков на дне озера Байкал и время сбросообразования (по наблюдениям с подводных обитаемых аппаратов «Пайсис» // Доклады АН СССР. 1991. Т. 320. № 4. С. 931–933].

Buslov M.M., 2012. Geodynamic nature of the Baikal Rift Zone and its sedimentary filling in the Cretaceous–Cenozoic: the effect of the far-range impact of the Mongolo-Okhotsk and Indo-Eurasian collisions. Russian Geology and Geophysics 53 (9), 955–962. http://dx.doi.org/10.1016/j.rgg.2012.07.010.

Delvaux D., Moyes R., Stapel G., Petit C., Levi K., Miroshnichenko A., Ruzhich V., San’kov V., 1997. Paleostress reconstruction and geodynamics of the Baikal region, Central Asia, Part 2. Cenozoic rifting. Tectonophysics 282 (1–4), 1–38. http://dx.doi.org/10.1016/S0040-1951(97)00210-2.

Devyatkin E.V., 1981. Cenozoic of Inner Asia (Stratigraphy, Geochronology, Correlation). Nauka, Moscow, 196 p. (in Russian) [Девяткин Е.В. Кайнозой Внутренней Азии (стратиграфия, геохронология, корреляция). М.: Наука, 1981. 196 с.].

Dombrovskaya Zh.V., 1973. Paleogene Weathering Crust of the Central Baikal Region. Nauka, Moscow, 155 p. (in Russian) [Домбровская Ж.В. Палеогеновая кора выветривания Центрального Прибайкалья. М.: Наука, 1973. 155 с.].

Faizulina Z.Kh., Kozlova E.P., 1966. Results of the palinological study of the Tertiary sediments cut by deep drilling. In: Geology and oil-bearing capacities of East Siberia. Nedra, Moscow, p. 362–366 (in Russian) [Файзулина З.Х., Козлова Е.П. Результаты палинологического изучения третичных отложений, вскрытых глубоким бурением // Геология и нефтегазоносность Восточной Сибири. М.: Недра, 1966. С. 362–366].

Florensov N.A., 1960. Mezosoic and Cenozoic Depressions of the Baikal Region. USSR Academy of Sciences Publishing House, Moscow–Leningrad, 258 p. (in Russian) [Флоренсов Н.А. Мезозойские и кайнозойские впадины Прибайкалья. М.–Л.: Изд-во АН СССР, 1960. 258 с.].

Galazii G.I., Kuz’min M.I., Lut B.F., 1999. Age of the Baikal basin: implications from estimates of the particulate and dissolved inputs. Geografiya i Prirodnye Resursy (Geography and Natural Resources) (1), 10–15 (in Russian) [Галазий Г.И., Кузьмин М.И., Лут Б.Ф. О возрасте впадины Байкала (на основе оценки поступающего в нее взвешенного и растворенного вещества // География и природные ресурсы. 1999. № 1. С. 10–15].

Geologic Time Scale, 2008. Available from: http://www.stratigraphy.org (last accessed November 18, 2015). Granina L.Z., Mats V.D., Phedorin M.A., 2010. Iron-manganese formations in the Baikal region. Russian Geology and Geophysics 51 (6), 650–660. http://dx.doi.org/10.1016/j.rgg.2010.05.006.

Horiuchi K., Goldberg E.L., Matsuzaki H., Kobayashi K.K., Shibata Y., 2004. 10Be signature in the Miocene section of BDP cores (Lake Baikal): testing magnetostratigraphic age models. Geologiya i Geofizika (Russian Geology and Geophysics) 45 (3), 408–412.

Hutchinson D.R., Gol’mshtok A.Yu., Zonenshain L.P., Moore T., Scholz C., Klitgord K.D., 1993. Preliminary results from 1989 multichannel seismic reflection survey in Lake Baikal. Geologiya i Geofizika (Russian geology and geophysics) 34 (10–11), 25–36 (in Russian) [Хатчинсон Д.Р., Гольмшток А.Ю., Зоненшайн Л.П., Мур Т.К., Шольц К.А., Клитгорд К.Д. Особенности строения осадочной толщи оз. Байкал по результатам многоканальной

сейсмической съемки (1989) // Геология и геофизика. 1993. Т. 34. № 10–11. С. 25–36].

Imetkhenov A.B., 1987. Late Cenozoic Deposits on the Baikal Lake Shore. Nauka, Novosibirsk, 150 p. (in Russian) [Иметхенов А.Б. Позднекайнозойские отложения побережья озера Байкал. Новосибирск: Наука, 1987. 150 с.].

Jolivet L., De Boisgrollier T., Petit C., Fournier M., San’kov V.A., Ringenbach J.-C., Byzov L., Miroshnichenko A.I., Kovalenko S.N., Anisimova S.A., 2009. How old is the Baikal Rift Zone? Insight from apatite fission trac termochronology. Tectonics 28 (3), ТС3008. http://dx.doi.org/10.1029/2008TC002404.

Kaz’min V.G., Gol’mshtok A.Ya., Klitgord K.D., Moore T., Hutchinson D., Scholz C., Weber E., 1995. Structure and development of the Akademichesky Ridge area (Baikal Rift) according to seismic investigations. Geologiya i Geofizika (Russian Geology and Geophysics) 36 (10), 164–176 (in Russian) [Казьмин В.Г., Гольмшток А.Я., Клитгорд К., Мур Т., Хатчинсон Д., Шольц С., Вебер Е. Строение и развитие района Академического хребта по данным сейсмических и подводных исследований (Байкальский рифт) // Геология и геофизика. 1995. Т. 36. № 10. С. 164–176].

Khain V.E., Mikhailov A.E., 1985. General Geotectonics. Nedra, Moscow, 326 p. (in Russian) [Хаин В.Е., Михайлов А.Е. Общая геотектоника. М.: Недра, 1985. 326 с.].

Khlystov O.M., Mats V.D., De Batist M., 2001. The southwestern edge of the North Baikal basin: Geologic structure and correlation with Cenozoic sections of Ol'khon and BDP-96 and BDP-98 cores. Geologiya i Geofizika (Russian Geology and Geophysics) 42 (1–2), 373–383.

Khlystov O.M., Mats V.D., Vorob'eva S.S., Klimanskii A.V., De Batist M., Ceramicola S., 2000. Structure and evolution of the underwater Akademichesky Ridge (Lake Baikal). Geologiya i Geofizika (Russian Geology and Geophysics) 41 (6), 819–824.

Kontorovich A.E., Kashirtsev V.A., Moskvin V.I., Burshtein L.M., Zemskaya T.I., Kostyreva E.A., Kalmychkov G.V., Khlystov O.M., 2007. Petroleum potential of Baikal deposits. Russian Geology and Geophysics 48 (12), 1046–1053. http://dx.doi.org/10.1016/j.rgg.2007.11.004.

Kozhov М.М., 1972. Essays on Lake Baikal. East-Siberian Publishing House, Irkutsk, 254 p. (in Russian) [Кожов М.М. Очерки по байкаловедению. Иркутск: Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1972. 254 с.].

Krasnov E.V. (Ed.), 1987. Geosynclinal Lithogenesis on the Continent – Ocean Boundary. Nauka, Moscow, 175 p. (in Russian) [Геосинклинальный литогенез на границе континент – океан / Ред. Е.В. Краснов. М.: Наука, 1987. 175 с.].

Kukal Z., 1983. Rychlost geologických procesů. Academia, Praha, 280 s. (in Czech) [Кукал З. Скорость геологических процессов: Пер. с чешского. М.: Мир, 1987. 246 с.]

Kul’kova I.A., Laukhin S.L., 1975. Palynology of Paleogene bauxite deposits in the Yenisei Kryazh. In: V.S. Volkova (Ed.), Cenozoic palynology of Siberia. Nauka, Novosibirsk, p. 11–26 (in Russian) [Кулькова И.А., Лаухин С.Л. Палинология палеогеновых бокситоносных отложений Енисейского кряжа // Палинология кайнозоя в Сибири /Ред. В.С. Волкова. Новосибирск: Наука, 1975. С. 11–26].

Kuz'min M.I., Karabanov E.B., Kawai T., Williams D., Bychinsky V.A., Kerber E.V., Kravchinsky V.A., Bezrukova E.V., Prokopenko A.A., Geletii V.F., Kalmychkov G.V., Goreglyad A.V., Antipin V.S., Khomutova M.Yu., Soshina M.N., Ivanov E.V., Khursevich G.K., Tkachenko L.L., Solotchina E.P., Ioshida N., Gvozdkov A.N., 2001. Deep drilling on Lake Baikal: main results. Geologiya i Geofizika (Russian Geology and Geophysics) 42 (1–2), 6–32.

Kuzmin M.I., Yarmolyuk V.V., 2006. Mountain growth and climatic variations in the Earth’s history. Geologiya i Geofizika (Russian Geology and Geophysics) 47 (1), 4–20.

Lamakin V.V., 1968. Neotectonics of the Baikal Basin. Nauka, Moscow, 247 p. (in Russian) [Ламакин В.В. Неотектоника Байкальской впадины. М.: Наука, 1968. 247 с.].

Logachev N.A., 1958. Cenozoic continental deposits in Baikal type basins. Izvestiya AN SSSR. Seriya geologicheskaya (4), 18–29 (in Russian) [Логачев Н.А. Кайнозойские континентальные отложения впадин байкальского типа // Известия АН СССР. Серия геологическая. 1958. № 4. С. 18–29].

Logachev N.A., 1968. Sedimentary and volcanic formation of Baikal Rift Zone. In: N.A. Florensov (Ed.), Baikal rift. Nauka, Moscow, p. 72–101 (in Russian) [Логачев Н.А. Осадочные и вулканогенные формации Байкальской рифтовой зоны // Байкальский рифт / Ред. Н.А. Флоренсов. М.: Наука, 1968. С. 72–101].

Logachev N.A., 1974. Sayan-Baikal Stanovoi Uplift. In: N.A. Florensov (Ed.), Uplifts of Pre-Baikalian and Transbaikalian Regions. Nauka, Moscow, p. 16–162 (in Russian) [Логачев Н.А. Саяно-Байкальское Становое нагорье // Нагорья Прибайкалья и Забайкалья / Ред. Н.А. Флоренсов. М.: Наука, 1974. С. 16–162].

Logachev N.A., 2003. History and geodynamics of the Baikal rift. Geologiya i geofizika (Russian Geology and Geophysics) 44 (5), 391–406.

Logachev N.A., Zorin Yu.A., 1987. Evidence and causes of the two-stage development of the Baikal rift. Tectonophysics 143 (1–3), 225–234. http://dx.doi.org/10.1016/0040-1951(87)90092-8.

Martinson G.G., 1951. Tertiary fauna of mollusks in Eastern Pribaikalie. In: Proceedings of the Baikal Limnological Station of the USSR Academy of Sciences. Vol. XIII. Publishing House of the USSR Academy of Sciences, Moscow, p. 5– 92 (in Russian) [Мартинсон Г.Г. Третичная фауна моллюсков Восточного Прибайкалья // Труды Байкальской лимнологической станции АН СССР. Т. XIII. М.: Изд-во АН СССР, 1951. С. 5–92].

Martinson G.G., 1998. Paleogene stage of evolution of the largest lacustrine basins of Northeastern Asia and of continental deposits of nonmarine mollusks. Geologiya i Geofizika (Russian Geology and Geophysics) 39 (3), 279–286.

Mashchuk I.M., Akulov N.I., 2012. Oligocene deposits of the Baikal rift valley. Russian Geology and Geophysics 53 (4), 356–366. http://dx.doi.org/10.1016/j.rgg.2012.02.012.

Mats V.D., 1985. New data on Miocene and Pliocene stratigraphy of Southern Baikal. In: N.A. Florensov (Ed.), Geology and Paleogeography of Siberia and the Far East. Irkutsk state university Publishing House, Irkutsk, p. 36–53 (in Russian). [Мац В.Д. Новые данные по стратиграфии миоценовых и плиоценовых отложений на юге Байкала // Вопросы геологии и палеогеографии Сибири и Дальнего Востока / Ред. Н.А. Флоренсов. Иркутск: Изд-во ИГУ, 1985. С. 36–53].

Mats V.D., 1987. The Baikal Basin in the Cenozoic. Synopsis of the thesis, PhD in Geology and Mineralogy. Irkutsk, 42 p. (in Russian) [Мац В.Д. Кайнозой Байкальской впадины: Автореф. дис. … докт. геол.-мин. наук. Иркутск, 1987. 42 с.].

Mats V.D., 1993. The structure and development of the Baikal rift depression. Earth-Science Reviews 34 (2), 81–118. http://dx.doi.org/10.1016/0012-8252(93)90028-6.

Mats V.D., 2011. Geological factors in the formation of unique biodiversity in Baikal ecosystem. In: O.A. Timoshkin (Ed.), Index of animal species inhabiting Lake Baikal and its catchment area. Vol. II. Basins and channels in the south of East Siberia and North Mongolia, Book 2. Nauka, Novosibirsk, p. 1406–1419 (in Russian) [Мац В.Д. Геологические факторы формирования уникального биоразнообразия Байкала // Аннотированный список фауны озера Байкал и его водосборного бассейна Т. II. Водоемы и водотоки юга Восточной Сибири и Северной Монголии, Книга 2 / Ред. О.А. Тимошкин. Новосибирск: Наука, 2011. С. 1406–1419].

Mats V.D., 2012. The sedimentary fill of the Baikal Basin: Implications for rifting age and geodynamics. Russian Geology and Geophysics 53 (9), 936–954. http://dx.doi.org/10.1016/j.rgg.2012.07.009.

Mats V.D., 2013. Late cretaceous and cenozoic stratigraphy of the Baikal Rift sediments. Stratigraphy and Geological Correlation 21 (6), 637–651. http://dx.doi.org/10.1134/S0869593813060075.

Mats V.D., Khlystov O.M., De Batist M., Ceramicola S., Lomonosova T.K., Klimansky A.V., 2000. Evolution of the Academician Ridge accommodation zone in the central part of the Baikal Rift, from high-resolution reflection seismic profiling and geological field investigation. International Journal of Earth Sciences 89 (2), 229–250. http://dx.doi.org/10.1007/s005310000094.

Mats V.D., Lomonosova T.K., Vorobyova G.A., Granina L.Z., 2004. Upper Cretaceous – Cenozoic clay minerals of the Baikal region (Eastern Siberia). Applied clay science 24 (3–4), 327–336. http://dx.doi.org/10.1016/j.clay.2003.08.008.

Mats V.D., Perepelova T.I., 2011. A new perspective on evolution of the Baikal Rift. Geoscience Frontiers 2 (3), 349–365. http://dx.doi.org/10.1016/j.gsf.2011.06.002.

Mats V.D., Pokatilov A.G., Popova S.M., Kravchinsky A.Ya., Kulagina N.V., Shimaraeva M.K., 1982. The Pliocene and Pleistocene of Middle Baikal. Nauka, Novosibirsk, 192 p. (in Russian) [Мац В.Д., Покатилов А.Г., Попова С.М., Кравчинский А.Я., Кулагина Н.В., Шимараева М.К. Плиоцен и плейстоцен Среднего Байкала. Новосибирск: Наука, 1982. 192 с.].

Mats V.D., Ufimtsev G.F., Mandel’baum M.M., Alakshin A.M., Pospeev A.V., Shimaraev M.N., Khlystov O.M., 2001. The Baikal Basin in the Cenozoic: Structure and Geologic History. Siberian Branch of RAS Publishing House, Filial "Geo", Novosibirsk, 252 p. (in Russian) [Мац В.Д., Уфимцев Г.Ф., Мандельбаум М.М., Алакшин А.М., Поспеев А.В., Шимараев М.Н., Хлыстов О.М. Кайнозой Байкальской рифтовой впадины: строение и геологическая история. Новосибирск: Изд-во СО РАН, филиал «Гео», 2001. 252 с.].

Mats V.D., Yefimova I.M., 2010. Morphostructure of the west shoulder of the Baikal rift. Geomorfologiya (Geomorphology) (1), 67–76 (in Russian) [Мац В.Д., Ефимова И.М. Морфоструктура западного поднятого плеча Байкальского рифта // Геоморфология. 2010. № 1. C. 67–76].

Mats V.D., Yefimova I.M., 2011. Paleogeographic scenario of the Late Cretaceous – Cenozoic for the central part of the Baikal region. Geodynamics & Tectonophysics 2 (2), 175–193 (in Russian) [Мац В.Д., Ефимова И.М. Палеогеографический сценарий позднего мела – кайнозоя центральной части Байкальского региона // Геодинамика и тектонофизика. 2011. Т. 2. № 2. С. 175–193]. http://dx.doi.org/10.5800/GT-2011-2-2-0040.

Milanovskii E.E., 1976. Rift Zones of Continents. Nedra, Moscow, 277 p. (in Russian) [Милановский Е.Е. Рифтовые зоны континентов. М.: Наука, 1976. 277 с.].

Moore T.C., Klitgord K.D., Golmstok A.Ya., Weber E., 1997. Sedimentation and subsidence patterns in the central and north basins of Lake Baikal from seismic stratigraphy. Geological Society of America Bulletin 109 (6), 746–766. http://dx.doi.org/10.1130/0016-7606(1997)109<0746:SASPIT>2.3.CO;2.

Nikolaev V.G., 1998. Age of origin of the Baikal basin. Bulletin of Moscow Society of Naturalists, Geological section 73 (4), 13–16 (in Russian) [Николаев В.Г. О времени заложения Байкальской впадины // Бюллетень Московского общества испытателей природы. Отдел геологический. 1998. Т. 73. Вып. 4. С. 13–16].

Nikolaev V.G., Vanyakin L.A., Kalinin V.V., Milanovskii V.E., 1985. The structure of the sedimentary cover of Lake Baikal. Bulletin of Moscow Society of Naturalists, Geological section 60 (2), 48–58 (in Russian) [Николаев В.Г., Ванякин Л.А., Калинин В.В., Милановский В.Е. Строение осадочного чехла озера Байкал // Бюллетень Московского общества испытателей природы. Отдел геологический. 1985. Т. 60. Вып. 2. С. 48–58].

Parfeevets A.V., San'kov V.A., 2006. Stress State of the Earth's Crust and Geodynamics of the Southwestern Part of the Baikal Rift System. Academic Publishing House “Geo”, Novosibirsk, 151 p. (in Russian) [Парфеевец А.В., Саньков В.А. Напряженное состояние земной коры и геодинамика юго-западной части Байкальской рифтовой системы. Новосибирск: Академическое изд-во «Гео», 2006. 151 c.].

Pavlov S.F., Kashik S.A., Lomonosova T.K., Klimanova V.M., 1976. Cenozoic Weathering Profiles and Sedimentary Sequences of the Western Baikal Region. Nauka, Novosibirsk, 160 c. (in Russian) [Павлов С.Ф., Кашик С.А., Ломоносова Т.К., Климанова В.М. Кайнозойские коры выветривания и осадочные формации Западного Прибайкалья. Новосибирск: Наука, 1976. 160 с.].

Pleshanov S.P., Romazina A.A., 1981. Some questions of the fault kinematics in the central part of the Baikal Rift. In: N.A. Logachev, S.I. Sherman (Eds.), Problems of Fault Tectonics. Nauka, Novosibirsk, p. 129–141 (in Russian) [Плешанов С.П., Ромазина А.А. Некоторые вопросы кинематики развития разломов центральной части Байкальского рифта // Проблемы разломной тектоники / Ред. Н.А. Логачев, С.И. Шерман. Новосибирск:

Наука, 1981. С. 129–141].

Pokatilov A.G., 1985. Geology and paleontology of Late Cenozoic deposits in the Baikal region. Izvestiya AN SSSR. Seriya geologicheskaya (9), 52–64 (in Russian) [Покатилов А.Г. Геология и фауна позднекайнозойских отложений в Прибайкалье // Известия АН СССР. Серия геологическая. 1985. № 9. С. 52–64].

Popova S.M., 1981. Cenozoic Continental Malacofauna in Southern Siberia and Adjacent Regions. Nauka, Moscow, 178 p. (in Russian) [Попова С.М. Кайнозойская континентальная малакофауна юга Сибири и сопредельных стран. М.: Наука, 1981. 178 с.].

Popova S.M., Mats V.D., Chernyaeva G.P., 1989. Baikal Rift Zone: Paleolimnological Reconstructions. Nauka, Novosibirsk, 111 p. (in Russian) [Попова С.М., Мац В.Д., Черняева Г.П. Палеолимнологические реконструкции. Байкальская рифтовая зона. Новосибирск: Наука, 1989. 111 с.].

Rasskazov S.V., Lyamina N.А., Luzina I.V., Chernyaeva G.P., Chuvashova I.S., Usoltseva М.V., 2014. Sediments in the Tertiary Tankhoi field, South Baikal basin: stratigraphy, correlation and structural transformations in the Baikal region. Geodynamics & Tectonophysics 5 (4), 993–1032 (in Russian) [Рассказов С.В., Лямина Н.А., Лузина И.В., Черняева Г.П., Чувашова И.С., Усольцева М.В. Отложения Танхойского третичного поля, Южнобайкальская впадина: стратиграфия, корреляция и структурные перестройки в Байкальском регионе // Геодинамика и тектонофизика. 2014. Т. 5. № 4. С. 993–1032]. http://dx.doi.org/10.5800/GT-2014-5-4-0165.

San'kov V.A., Miroshnichenko A.I., Levi K.G., Lukhnev A.V., Melnikov A.I., Delvaux D., 1997. Cenozoic stress field evolution in the Baikal rift zone. Bulletin du Centre de Recherches Elf Exploration Production 21 (2), 435–455.

Shcherbakov Yu.D., 2003. Comparative Study of Evolution Histories of Baikal Invertebrata Species. Synopsis of the Thesis, PhD in Biology. Zoological Institute RAS, St. Petresburg, Moscow, 39 p. (in Russian) [Щербаков Ю.Д. Сравнительное исследование эволюционных историй букетов видов байкальских беспозвоночных: Автореф. дис. … докт. биол. наук. СПб.–М.: ЗИН РАН, 2003. 39 с.].

Sinitsyn V.M., 1967. Introduction to Paleoclimatology. Nedra, Leningrad, 232 p. (in Russian) [Синицын В.М. Введение в палеоклиматологию. Л.: Недра, 1967. 232 с.].

Tsekhovsky V.V., Muraviev V.I., Muzylev N.G., Akhmetiev М.А., 1996a. The Early Cenozoic sedimentation at ancient and young platforms of the central part of Eurasia in conditions of the crust extension and terrain peneplenization. Article 1. Paleogeography and volcanism. Bulletin of Moscow Society of Naturalists. Geological Section 71 (1), 14–25 (in Russian) [Цеховский Ю.Г., Муравьев В.И., Музылев Н.Г., Ахметьев М.А. Раннекайнозойское осадконакоп-ление на древних и молодых платформах центральной части Евразии в обстановках растяжения земной коры и пенепленизации рельефа. Статья 1. Палеогеография и вулканизм // Бюллетень Московского общества испытателей природы. Отдел геологический. 1996. Т. 71. Вып. 1. С. 14–25].

Tsekhovsky V.V., Muraviev V.I., Muzylev N.G., Akhmetiev М.А., 1996b. The Early Cenozoic sedimentation at ancient and young platforms of the central part of Eurasia in conditions of the crust extension and terrain peneplenization. Article 2. Accumulation of silicites and hydrothermal activity. Bulletin of Moscow Society of Naturalists. Geological Section 71 (3), 31–41 (in Russian) [Цеховский Ю.Г., Муравьев В.И., Музылев Н.Г., Ахметьев М.А. Раннекайнозойское осадконакопление на древних и молодых платформах центральной части Евразии в обстановках растяжения земной коры и пенепленизации рельефа. Статья 2. Накопление силицитов и гидротермальная деятельность // Бюллетень Московского общества испытателей природы. Отдел геологический. 1996. Т. 71. Вып. 3. С. 31–41].

Ufimtsev G.F., 1993. The morphostructural significance of listric faults in the Baikal rift. Geotektonika (Geotectonics) (6), 88–93 (in Russian) [Уфимцев Г.Ф. Морфоструктурное значение листрических сбросов в Байкальском рифте // Геотектоника. 1993. № 6. С. 88–93].

Volkova V.S., Kuz'mina O.B., 2005. Flora, vegetation, and climate of the Middle Cenophytic (Paleocene-Eocene) of Siberia: palynological data. Geologiya i Geofizika (Russian Geology and Geophysics) 46 (8), 822–833.

Vorob’eva G.A., Mats V.D., Shimaraeva M.K., 1995. Late Miocene, Pliocene, and Eopleistocene paleoclimates in the Baikal Region. Geologiya i Geofizika (Russian Geology and Geophysics) 38 (8), 82–96 (in Russian) [Воробьёва Г.А., Мац В.Д., Шимараева М.К. Палеоклиматы позднего миоцена, плиоцена и эоплейстоцена // Геология и геофизика. 1995. Т. 38. № 8. С. 82–96].

Zamaraev S.M., Adamenko O.M., Ryazanov G.V., Kul'chitskiy A.A., Adamenko R.S., Vikent'yeva N.M., 1976. Structure and Evolution History of the Baikal Foredeep. Nauka, Moscow, 134 p. (in Russian) [Замараев С.М., Адаменко О.М., Резанов Г.Ф., Кульчицкий А.А., Адаменко Р.С., Викентьева Н.М. Структура и история развития Предбайкальского предгорного прогиба. М.: Наука, 1976. 134 с.].

Zamaraev S.М., Samsonov V.V., 1959. The geological structure and oil-bearing capacities of the Selenga depression. In: Geology and Oil-Bearing Potential of East Siberia. Gostopotekhizdat, Moscow, p. 435–475 (in Russian) [Замараев С.М., Самсонов В.В. Геологическое строение и нефтегазоносность Селенгинской депрессии // Геология и нефтегазоносность Восточной Сибири. М.: Гостопотехиздат, 1959. С. 435–475].

Zanin Yu.N., 1975. Geology of Phosphate-Bearing Weathering Crusts and Related Phosphate Deposits. Nauka, Novosibirsk, 210 p. (in Russian) [Занин Ю.Н. Вещественный состав фосфатоносных кор выветривания и связанных с ними месторождений фосфатов. Новосибирск: Наука, 1975. 210 с.].

Zonenshain L.P., Kaz’min V.G., Kuz’min M.I., 1995. New data on the Baikal history: bservations from manned submersibles. Geotektonika (Geotectonics) (3), 46–58 (in Russian) [Зоненшайн Л.П., Казьмин В.Г., Кузьмин М.И. Новые данные по истории Байкала: результаты наблюдений с подводных обитаемых аппаратов // Геотектоника. 1995. № 3. С. 46–58].

Zonenshain L.P., Kaz’min V.G., Kuz’min M.I., Dobretsov N.L., Baranov B.V., Kononov M.K., Mats V.D., Balla Z., Fialkov V.A., Kharchenko V.V., 1993. The geology of the Baikal bottom, studied from “Pisces” submersibles. Doklady AN 330 (1), 84–88 (in Russian) [Зоненшайн Л.П., Казьмин В.Г., Кузьмин М.И., Добрецов Н.Л., Баранов Б.В., Кононов М.К., Мац В.Д., Балла З., Фиалков В.А., Харченко В.В. Геология дна Байкала, изученная с подводных аппаратов “Пайсис” // Доклады АН. 1993. Т. 330. № 1. С. 84–88].

Zorin Y.A., Turutanov E.K., 2005. Plumes and geodynamics of the Baikal rift zone. Geologiya i Geofizika (Russian Geology and Geophysics) 46 (7), 669–682.

Zorin Y.A., Turutanov E.K., Mordvinova V.V., Kozhevnikov V.M., Yanovskaya T.B., Treussov A.V., 2003. The Baikal rift zone: the effect of mantle plumes on older structure. Tectonophysics 371 (1–4), 153–173. http://dx.doi.org/10.1016/S0040-1951(03)00214-2.

The authors declare that there are no conflicts of interest present.